Новости

Начало Хиландарской обители и смерть преподобного Симеона

По прошествии некоторого времени Савва обнаружил древние развалины монастыря Хиландар. Земли эти принадлежали Ватопеду, и Савва предложил игумену восстановить разрушенный монастырь, но для этого нужно было разрешение императора Византии. По благословению игумена, Савва отправился в Царьград и сумел получить грамоту с печатью, в которой император одобрял идею обновления Хиландара в пределах Ватопеда.

Через некоторое время пришел к блаженному Савве один мудрый старец, который приехал из Сербии, и сказал: Страннолюбие ваше, питание нищих и любовь ко святым монастырям, а особенно к Ватопеду, достойны хвалы и приятны Богу, но благоразумно было бы подумать и о самих себе во дни вашей жизни; – примите мой добрый совет, как совет человека, желающего вам добра. Ныне все вам возможно о Господе: в своей земле вы самодержцы и сродники по плоти царствующему кесарю, поэтому всякое ваше прошение исполнится. Итак, испросите себе запустевший монастырь и обновите его, утвердите за своим отечеством, и пусть называется он Сербским, дабы и среди вашего народа любящие Бога и убегающие от суеты мирской после вас могли обрести там пристанище спасения, и сами вы, многих ради спасенных, сподобились больших почестей от Бога.

Савва принял это, как внушение от Самого Бога и, поблагодарив соплеменного ему старца, с любовью и дарами отпустил его на родину, обещав, что все сказанное ему исполнит. Когда преподобный Симеон услышал обо всем, что старец сказал Савве, он поднял свои ослабевшие руки к небу и со слезами поблагодарил Господа, а своему сыну сказал: Веруй мне, Божие чадо, - Господь для нашего спасения восхотел, чтобы мы сначала сами временно пожили под властью пришельцев, руководствуясь не своею волею, и через то стяжали бы себе смирение; оттого доныне и скрывал Он от нас этот совет. Теперь же послал Он к нам старца или ангела Своего, и мы должны неукоснительно следовать этому совету, данному нам Богом“.[1]

Между тем, насельники монастыря Ватопед изо всех сил противились этому, но, однако при настойчивых просьбах Симеона и Саввы и под давлением Прота им пришлось отпустить их. Когда, наконец, Прот и игумен Ватопеда подписали разрешение, Симеон и Савва тотчас начали работы. На средства, присланные новым великим князем Сербии Стефаном, Церковь, братский корпус с кельями для монахов и дом для приезжих были быстро построены и в 1198 году в Хиландар переселились Савва, Симеон и первые иноки из сербов.[2] Но необходимо было еще получить одобрение Византийского императора, на земле которого находился Афон, надо было юридически закрепить право сербов на Хиландар. Поэтому, испросив себе благословение отца, и, наставленный его горячими молитвами, Савва отправился в Константинополь.

В прекрасной столице Византии Савва нашел приют в одном из наиболее строгих монастырей Константинополя - в Эвергетидском. Рвение, ученость и большая строгость, которыми была проникнута жизнь иноков в этом монастыре, произвела на Савву очень большое впечатление.[3] На аудиенции у императора Алексия III Ангела, который был родственником Саввы, (дочь императора была замужем за его братом - жупаном Сербским Стефаном) Византийский государь не только одобрил все начинания монахов Саввы и Симеона, но даже присвоил Хиландару достоинства императорской Лавры.[4] Теперь Хиландар совершенно не зависел от Прота Святой Горы ни в управлении, ни в избрании игумена. Император Алексей своим Хризовулом (императорским Указом) в 1198 году возвел Хиландар в статус самоуправляющегося монастыря да будет сербам подарен навечно. Одновременно император дал преподобному из своей руки жезл и велел поставить его в церкви, чтобы при поставлении игумена братия держала этот жезл посредине в знамение того, что игумен поставляется по воле царской и приемлет власть как бы из рук самого царя. Наделив Савву многими дарами и вручив ему игуменский посох, император отпустил инока обратно на Святую Гору. Обо всем, что происходило, Савва сообщал своему брату, сербскому государю Стефану и просил его чтобы заботился о новой обители, как о своей присной“.[5]

Будучи спокойны за судьбу своего монастыря, Симеон и Савва стали трудиться для его дальнейшего процветания и настолько в этом преуспели, что уже в те годы народные певцы в своих песнях стали воспевать белый Хиландар посреди Святой Горы, как невиданное чудо. Души старца Симеона и его сына Саввы были полны радостной благодарности Господу за то, что их великое дело по утверждению на Афоне сербского монашества оказалось так успешно.

Богу было угодно еще больше привязать белый Хиландар к сербской земле и сербскому сердцу, освятив эту обитель могилой первого сербского господаря Стефана Немани, ставшего смиренным иноком Симеоном. Преподобный Симеон только 8 месяцев прожил в Хиландаре. Чувствуя скорую кончину, он спешил сделать последние распоряжения, просил сына усилить молитвы за него, а после смерти перенести прах в Сербию, просил не оставлять Сербские Церкви и народ, так нуждающиеся в попечении. И вот в ночь на 13 февраля 1199 года старец Симеон, несмотря на слабость, встал с одра, облачился в иноческие одежды и, причастившись Святых Таин, сказал: Слава Богу за все. Ранним утром старец призвал всех к себе и ясно произнес: Всякое дыхание да хвалит Господа (Пс. 150, 6). Хвала Господу была его последним словом. Вдруг воздух наполнился благоуханием - это была минута смерти преподобного. Вся братия рыдала по своему отцу, в особенности Савва, как говорит жизнеописатель его, иеромонах Доментиан: из его глаз течаху потоки слез“.[6] Опечаленный Савва похоронил своего отца согласно завещанию в Хиландаре под правым клиросом Введенского храма в мраморном гробу.

Савва с великой скорбью и боязнью принял на себя управление Хиландаром, оставленным на его попечение заветом отца. Но заботами Саввы монастырь вскоре сравнялся по числу иноков с первыми монастырями Афона. Хиландар был перестроен до основания, в нем трудами Саввы появились в большом количестве книги, сосуды, иконы, ризы и прочая церковная утварь, внешнее содержание братии обеспечивалось вкладами.

Спустя некоторое время после смерти блаженного Симеона, преподобный Савва удалился из Хиландара в пустыню близ Кареи. В Кареи он нашел прекрасное место для молитвенных подвигов, которое оживлено было источником воды и плодоносными деревьями. Это место он купил у Прота, где и построил себе келию с малой церковью во имя святого Саввы Освященного. Эта келья была независима от игумена Хиландара. Написав Устав для Хиландара по началам общежития, Савва написал и для своей кельи Устав по началам отшельнической жизни. В своем Уставе он выразил горячую любовь к Господу и свой опытный взгляд на иноческую жизнь. Брат, поселенный в этой келье, помимо обычного богослужения должен был прочитывать каждый день всю Псалтырь и совершать особые поклоны в конце каждой службы. Пять дней положено вкушать пищу один раз в день, при том в понедельник, среду и пятницу без масла и вина. Жизнь его в келии протекала в безмолвии, в посте и бдении. Только Господь знает его подвиги, умиленные его слезы и тайные воздыхания.

Вскоре после того, как Савва окончил свой труд по составлению Устава монастыря, он был рукоположен в диакона и пресвитера епископом города Иерисса Николаем, имевшим право на Афоне поставлять во священство. Непрестанно молился он о душе усопшего отца и из описания монаха Феодосия, видно, что Савва всегда помнил о своем отце и всегда был с ним в молитвенном единении. И вот однажды ночью является ему преподобный Симеон в неизреченной славе, сияя, как светозарное солнце, и говорит ему: Не унывай и не скорби обо мне, сын возлюбленный, а скорее радуйся; вот, по твоему прошению Бог являет тебе твоего родителя, и ты видишь, как почтил Он меня славою и какими в вечном царстве Христовом обогатил меня благами. Восприняв ныне то, о чем ты говорил мне при жизни только в уповании, я радуюсь и наслаждаюсь созерцанием неизобразимой для вас красоты. Благословен от Бога ты, бывший мне вождем на пути к вечному блаженству и бесконечной жизни, ибо твои за меня труды и подвиги, молитвы и милостыни, взошли ко Господу, и за них ожидает тебя великое воздаяние. Но прежде ты сам обогатишься от Бога благодатью и властью апостольскою вязать и решить – прежде ты сам, в сане святительском просветишь своих соотечественников, научишь их вере и покаянию, и приведешь ко Христу; поклонишься ты и святым местам, где плотью странствовал наш Господь Иисус Христос и где совершились все Его страдания за нас; все это начертаешь ты на скрижалях сердца твоего, для многих будешь образом добродетели, и все заповеди Христовы утвердишь на незыблемом основании в своем отечестве. После этого придешь к нам и сподобишься еще больших даров, – как за меня, так и за многих – и украсишься двойным венцом, сколько ради постничества твоего, столько же ради учительства твоего и, сподобившись бессмертного блаженства, будешь ликовать со всеми святыми в бесконечные веки, насладишься не гадательно, а существенно – лицезрением Пресвятыя Троицы“.[7] Со слезами радости, возблагодарив Бога и своего родителя за то, что получил такое утешительное известие, Савва с дерзновением стал молить Господа, чтобы он открыл святые мощи его отца. В уповании на милость Господа, он призвал Прота и других афонских игуменов, чтобы совершить поминовение своего отца в день его памяти. Собралось множество старцев, так, что храм переполнился иноками. После вечерни блаженный Савва попросил Прота совершить утреннее пение у гроба старца Симеона. И в то время, когда братия отдыхала, Савва взошел на столп, где провел всю ночь в молитве, усердно прося Господа, чтобы Он прославил его отца. Во время утрени, когда Прот совершал обычное пение и приносил молитвы о упокоении старца Симеона, храм вдруг наполнился благоуханием; было слышно, как будто тихий ветер исходил из гроба святого. Все предстоящие увидели, что мраморный гроб преподобного Симеона весь наполнился миром. Полные удивления и ужаса присутствовавшие в храме, оставив богослужение, со страхом восклицали: Господи помилуй! Тогда Прот призвал Савву, который со слезами умиления облобызал раку с мощами своего отца. Прославив Господа, предстоявшие помазались святым миром. Новоявленный святой совершил много чудес. Одержимые духами нечистыми и разными болезнями от прикосновения к его гробу и помазания истекавшим от него миром получали исцеление. И не только от мощей, но и от настенного изображения преподобного Симеона истекало чудотворное миро. Принимая во внимания все эти чудеса, Собор Афонских иноков причислил преподобного Симеона Мироточивого к лику святых, и положил праздновать его память вместе со святым Симеоном Богоприимцем. Савве Собор поручил составить стихиры и канон преподобному Симеону, и описать его чудеса.[8] Желая преподать утешение своему Отечеству, Савва подробно сообщил обо всем, что совершилось на Афоне, своему державному брату великому жупану Стефану в Сербию. Он послал на Родину и миро от гроба прославленного родителя, и описание его чудес и службу преподобному.

Спустя некоторое время Савва отправился по делам монастыря в Солунь, где остановился в монастыре Филокалия. Митрополит Солунский Константин, много слышавший о Савве, пригласил его сослужить ему и еще двум архиереям в кафедральном соборе. За богослужением эти иерархи соборно наградили отца Савву набедренником и возвели его в сан архимандрита.

Презвитер Драган Максимович



[1] Теодосиjе. Цит. соч. С. 117.

[2] Церковь, построенную святым Саввой, обновил и расширил затем святой князь Лазарь. Расписывал этот храм известный греческий иконописец Панселини, так что она выглядела, как иллюстрированная Библия.

[3] Интересно упомянуть, что в то время святых мощей в Царьграде было больше, чем остальной Европе. Сразу через несколько лет после отъезда Саввы из Царьграда западные крестоносцы, захватившие город, разграбившие многочисленные церкви, рассеяли мощи святителей по целому христианскому свету. Помимо церквей и монастырей внимание привлекало положение Царьграда, и то, как он выглядел, имея населением в то время около 800 000 жителей. Јован Радонић, д-р. Св. Сава и његово доба. Сремски Карловци, 1935. С. 14.

[4] В столице Византии Савва и Симеон являли собой примеры великих людей своего времени. При дворе их принимали с великими почестями как родственников императора. Визит Саввы действительно вызвал большой интерес во всех слоях общества. Император Алексий был весьма приятным человеком и принял он Савву с большой любовью. И его самого, и всех остальных людей, с кем встречался, Савва очаровывал царственным благородством манер, свойственным только принцу, и поразительной духовностью Божьего человека. Владика Николај (Велимировић). Цит. соч. С. 51.

[5] Теодосиjе. Цит. соч. С. 122.

[6] Доментиjан. Цит. соч. С. 76.

[7] Теодосиjе. Цит. соч. С. 129.

[8] Гроб святого Симеона существует и доныне, и из него выросла плодоносная лоза в виде дерева с целебными плодами, и многие люди, бывающие там, получают исцеления до сего дня. В связи с ремонтом собора в 1973 году он был отреставрирован.